Мамин опыт: зондирование слезного канала

Такое заболевание, как дакриоцистит или воспаление слезного мешка, к сожалению довольно частое явление у новорожденных. Основным методом лечения в этом случае выступает прокалывание слезного канала. Учитывая, сколько существует мнений, страхов и опасений относительно необходимости данной процедуры. Ее опасности для ребенка. Расскажу о собственном опыте.

Обнаружив симптомы первый раз и обратившись к окулисту, я получила вполне логичный ответ — все признаки конъюнктивита. Исходя из этого диагноза, было прописано лечение, которое мы и соблюдали. Улучшение наступило практически сразу. Однако вскоре все началось сначала. Повторный поход к врачу окончился формулировкой «занесли в глаза грязь». И назначением курса антибиотиков. Опять улучшение. И опять все повторилось. Как под копирку. Когда ресницы дочери слиплись настолько, что она уже не могла открыть глаз, я в третий раз обратилась к офтальмологу и услышала диагноз — дакриоцистит. В моем случае, заболевание носило врожденный характер. Специальная пробка, которая закрывала слезный канал ребенка в утробе, к моменту его рождения не открылась, вызвав воспаление.

Кардинальных мер назначено не было. Врач прописал нам промывания глаз отваром ромашки. А также регулярное проведение специального массажа. Проводить эти процедуры нужно было ежедневно, каждые 2-2,5 часа.

Перспектива проведения зондирования наводила на меня ужас. При одной мысли, что у моего малыша будут что-то прокалывать, тело покрывалось липким потом. Операция казалась мне слишком сложной, а вероятность врачебной ошибки — слишком реальной.

Однако обстоятельства сложились таким образом, что выхода у меня не осталось. Толчком стала потеря слуха. Убедившись, что дочь не реагирует на резкие звуки, я еще лелеяла надежду, что проблема пройдет сама собой (считается, что это может произойти в течение первых трех месяцев жизни). По прошествии этого строка,не увидев положительной динамики, мы сдались.

Больница встретила нас дряхлыми облупленными стенами и кучей детей с повязками на глазах. После проверки всех необходимых документов и предварительного осмотра, дочь забрали в операционную. Родителей туда не пускали.

Следующие несколько минут были страшны своей неизвестностью. Все, что я слышала, это крики моего ребенка. Однако продлилось это менее десяти минут. После чего врачи вынесли мою дочь, у которой отсутствовали малейшие признаки какого-либо операционного вмешательства. Ни покраснений, ни отеков, ни синяков. Малышка быстро успокоилась и даже улыбалась. Поэтому ничего, кроме чувства глубокой благодарности к врачам, я не испытывала.

Следующие несколько дней после процедуры, мы регулярно капали антибиотик. Продолжали делать массаж и в конце концов навсегда забыли об этой проблеме. Если бы страх взял верх. И мы попытались обойтись без операции или откладывали ее на более позднее время, последствия трудно было бы предугадать. Врач, оперировавший мою дочку, сказал, что величина и плотность пробки не позволяла обойтись более гуманными методами, вроде массажа. Состояние ребенка лишь ухудшалось бы. В конце концов все равно пришлось бы оперировать.

Поэтому, не следует бояться данной процедуры. Даже несмотря на огромное количество страшных историй, которыми изобилует интернет. То, что зондирование носослезного канала как-то влияет на форму глаз ребенка — не более, чем миф. После нашей операции прошло уже 4 года, а глаза у моей дочери нормальной формы, она здорова и счастлива видеть мир во всех его красках.